Без цензуры. Часть I. " У меня есть три периода..."

 

— Это Вы откуда?

— Из центра быстрого чтения.

 

— Да, я слышала про такое. А для чего Вам это надо?

— Я читающий. Мне кажется, что все идет медленно, меня это раздражает, мне нужно, чтобы быстрее все было.

 

— Но это действительно имеет под собой право? 

— Ну, честно – бурда, вот как мне кажется.

 

— Правда? 

— Правда.

 

— Хоть что-то Вы уловили?

— Но мне очень нужно было, поэтому я увеличил в десять раз свою скорость чтения.

 

— Да Вы что?

— Я пришел туда, как двоечник, потом вчитался в это. И коэффициент понимания. Там очень смешная техника: дается зеленая точка на листе, нужно смотреть на нее перед сном, я посмотрел полтора раза и понял, что это идиотское занятие. 

 

— Как Вы приехали первый раз в Москву? 

— На проект я приехал.

 

— На «Дом», на «Дом-2»?

— Да.

 

— И это было года два назад? 

— Нет, это было три с половиной года назад.

 

— Вы откуда приехали?

— Из Воронежа.

 

— Вы там где-то учились? 

— Да, в Театральной академии.

 

— Сразу после школы поступили? 

— Нет, после школы я поступил в юридический техникум, потом должен был идти…

 

— Почему на юридический?

— Воля моих родителей.

 

— А родители кто у нас?

— Родителей уважают. Они живут в деревне, у папы своя пилорама, целый обрабатывающий комплекс. Мама – инженер, но работала в последнее время в Сбербанке.

 

— Там побольше денег, наверное, платят? В Сбербанке?

— Да, но у нас сложная была семейная жизнь, обстоятельства так вынудили. Она и пол мыла и все делала.

 

— Вы единственный сын в семье? 

— Да.

 

— Единственный и любимый?

— Ну, не знаю. У мамы, наверное, да. А у папы – у меня папа очень любвеобильный, и мне кажется, что у меня братья и сестры по всему земному шару. 

 

— Ну, ничего страшного. Бывает.

— Нет, наоборот, хорошо. Столько родственников, не пропаду.

 

— И уже выискались какие-то родственники? Или это только предположение?

— Есть брат.

 

— Сводный, соответственно?

— Да, он почти мой ровесник. Жизнь – веселая штука.

 

 — А я вот всегда думала: как туда попадают? Я этот «Дом» не смотрю, а моя дочь там что-то смотрит, постольку поскольку. Она школьница еще. Я всегда думала: откуда вообще этих ребят набирают? Я так и подозревала, что какая-то в Вас подготовка есть? 

— Нет, неважно. Там же не все театральные.

 

— Да? 

— Конечно. Зачем? Это не имеет значения. Я случайно попал. 

 

— Я думаю, что неслучайно. Внешние данные – что там говорить, они на лицо. И наше телевидение не богато симпатичными мужскими лицами. На мой взгляд, смотришь – одни уроды. Видимо, у маленьких людей энергетика повыше. Кстати, про женщин я тоже всегда думала: где же красивые вообще? 

— А я вот не смотрю на лица.

 

— А что, Вы прямо в душу?

— Прямо туда. Надо быть, как озеро, самому, как гладь воды. 

 

— Это у Вас что-то парапсихологическое. Поднабрались в передаче?

— Нет, это очень естественно. Любой желающий может узнать. Как гладь озера. Когда сам соответствуешь этому понятию, тогда видишь любые колебания у других людей. 

 

— Умно для столь юного возраста. Мудро. Май, а Вас Май называть или Роман? Май, наверное? Вам так уже привычнее?

— Наверное.

 

— Вот у Вас такой симпатичный весенне-вкусный псевдоним. Почему Вы его выбрали?

— Честно, написал на отмашку.

 

— Для этого проекта? Или учась еще в театральном?

— Я случайно заехал на кастинг, подумал, как же мне анкету подписать? Потом я забыл совсем, что заезжал на этот кастинг. И потом звонят, и вахтерша-бабушка в театральном говорит: «Поди-ка сюда. Здесь ищут какого-то Мая. Я подумала: может, это ты?» А я говорю: наверное, да.

 

— Но глаз у них наметан, у бабулек, они все секут. Сколько длился этот проект до того этапа, когда Вы там участвовали?

— Два с половиной года.

 

— Это что было? Это основная работа? За это деньги платили?

— Когда я ехал, я думал, будут платить 220 рублей в час. Правда. Мне кто-то сказал, что платят. Я, как студент, думал: а поеду, подработаю. Приехал, никто ничего не платит. Я думал: чего это? 

 

— За еду?

— Сначала честно думал: нет в общежитии воды горячей, нечего есть, буду жить еще месяц, потом поеду домой. А потом как-то так влюбился, остался. Причем все, что было внутри, то я и говорил, то и делал. Наверное, этим и привлек внимание.

 

— Искренностью.
— Да. Потом пришел продюсер и говорит: напишите все на бумажке, кто что хочет от проекта. Это было уже месяца через три, четыре. Я знаю, что Солнце написала «Хочу свой альбом», кто-то написал «Хочу в кино сниматься». Я написал: «Хочу, чтобы меня научили языку глухонемых». Мне это было очень важно, я до сих пор очень хочу научиться. И хочу знать о скоморохах 13-того века больше. И, видимо, этим я купил всю продюсерскую группу, что мне ничего не надо от них. И еще написал, чтобы горячую воду не отключали, что нужно купаться.
А потом мы просили деньги на улице. Вот так едем, денег нет, нам привозят одну и ту же еду. Один период времени - года полтора или два – привозили: едут администраторы на оптовую базу, покупают шоколад, например, «Alpen Gold» молочный орех/изюм. И привозят его два года каждый день. Йогурты – «Чудо-йогурт», самый дешевый. И надоедает же. И вот так мы выходили, я помню, с Аленкой Водонаевой: «Здрасьте, вам нравится «Дом-2»? Нравится. Ну, дайте 100 рублей».

 

— И давали?
— Смущались и давали. И так наберем: она себе зубную щетку, а я девчонкам куплю шоколадок таких, которых нет. Привезу, им счастье. Конфеты какие-то, мороженое. И об этом узнала «Комсомольская правда», если я не ошибаюсь.

 

— Да, что-то такое печатали.

— Что мы просим деньги на улице. И потом уж как-то улучшилось наше положение. Я не могу об этом говорить, но дышать стало легче.

 

— Но это еще такое упражнение у студентов театральных ВУЗов?

— Просить деньги? 

 

— Да.

— Конечно. Переодевались и шли, просили деньги на улице. Пьяных спасали, побирались, с рукой стояли.

 

— А Ксюша Собчак. О ней разговоры не утихают. Как с ней взаимоотношения? Что она за человек? Как с ней работать?

— Я не могу ее закладывать, потому что что мы говорили, то, значит, и думаем. Я не могу что-то думать одно, а говорить другое. 

 

— По природе?

— Нет, с недавних пор.

 

— Правду, правду и только правду?

— Да. Потому что ложь отнимает силы у меня, а мне нельзя. Надо быть сильным. 

 

— Или правда, или молчать?

— Да. Ксюша как бизнесмен, как шоумен… Но бизнесмен – не поймите за оскорбление.

 

— Ну, почему? Нормально. Видно, что девушка деловая.

— Что женщина ее типа может продавать – то есть я не это имел в виду. Ну, как шоумен, наверное. Шоувумен.

У меня есть три периода в последнее время. Нахождение на проекте – там я плохой. 

 

— На проекте «Дом»?

— Да, на проекте «Дом». Если бы я умер случайно на проекте, я бы попал в ад, потому что чудовищная ложь. Я с ужасом просто вспоминаю какие-то вещи, ценности – это вообще что-то!  После проекта – это год, до недавнего времени. Это, наверное, борьба. Если говорить таким типичным языком, то борьба темного и светлого.

 

— Это ты про что? Про эту передачу «Тайны»?

— «Тайны» - это такой этап, который я не считаю разводным. Было и было, прошло. Вот «Дом», где такой народ, вот он был. Единственная ценность, что я прямо под камерами научился быть ведущим. 

 

— Ну, ты очень хорошо учился. Я когда тебя первый раз увидела, если бы мне люди не сказали, что ты – это ты, я думала: наконец-то сделали передачу такую, что она меня интересует. Конечно, там не все с точки зрения сценария продумано, но это неважно. Но когда я тебя увидела, подумала: боже мой, где же такого красавчика откопали? Он так классно вписался! Я прямо ради тебя смотрела, я серьезно говорю. Тебе так грим наложили. Очень хорошо. И у меня такое впечатление, что ты вытягивал отчасти эту передачу чисто за счет своей фактурности, внешности.

— Если честно отвечать, наверное, если бы я имел много денег, покупал бы эфиры, то я по-другому бы вел. Я завершу свою мысль. Второй период – это борьба. И третий период – это сейчас, я что ли лицом повернут больше к людям. Я читаю сейчас много. Когда был период «Борьба», жизнь мне много показывала, кто я, что я. И был период, когда мне нужно было самому брать интервью у кого-то из звезд.
Ко мне приходили на «Дом» журналисты, я сижу, ем, например. Когда идут съемки, какая-то активная деятельность, журналисты не приходят, их не пускают, потому что снимают материал. А когда ничего не происходит, думаешь: надо поесть что-нибудь. Начинаешь есть - приходят журналисты. Говоришь: «Вот садись и ешь со мной. Будешь есть, буду говорить. Не будешь есть, не буду говорить». Ну, то есть это как-то не очень красиво. Или говоришь: вот я сплю, и ты ложись спать со мною. Ну, просто ложись, лежи. Вставать я еще не хочу. Например, утром рано приходят, еще до событий. То есть я так издевался.
И потом звонишь звезде какой-нибудь и говоришь: мне нужно хотя бы по телефону поговорить с Вами. Отвечают: «Позвоните через неделю, позвоните через две недели, позвоните тогда-то». А потом добиваешься, добиваешься, потом напоминаешь: «Ну это же я, мне нужно спросить то-то и то-то, я пишу книгу, и мне нужно ваше мнение». И потом, когда через три недели ты добираешься, он слушает, говорит: «Меня это не интересует», и кладет трубку. И я думаю: «Боже мой! Ну, как же я вот так?»

Я писал свою книжку, и об этом тоже писал.

— Она у тебя уже вышла?

— Нет.

 

— Она в процессе работы?

— Я ее стер.

 

— А зачем?

— Потому что она относится больше к первому тому этапу, когда я злой. Она настолько пустая, скучная и неинтересная.

 

— Но это, наверное, твое субъективное мнение?

— Наверное, чтобы понять, что такое хорошо, нужно… Я не говорю сейчас эти слова по отношению к проекту. Проект «Дом-2» - это плодородная почва, там произрастет все – и плохое, и хорошее, и все что угодно. Это относится только ко мне, к обесцениванию. Вот пустышка. Наверное, так. 
Я сейчас очень сложно смотрю сериалы по телевизору, какие-то шоу, потому что мне кажется, что это такое дерьмо... Я не знаю, как объяснить. Ну, какой толк? Не знаю я. Это сложно объяснить. Наверное, очень большая переоценка.

— А вот эта передача «Тайны», которую ты вел, шла же довольно долго? Полгода она шла? 

— Нет, месяца три. Ну, давайте так рассуждать. Я был без денег, меня купили на какой-то период, потом отпустили с Богом.

 

— Почему отпустили с Богом?

— Я не могу это обсуждать.

 

— Мне кажется, эти мужики, которые сейчас пришли, хуже.

— Я посмотрел один раз, мне… Наверное, я был задет за живое, мне надо было посмотреть, чем лучше. Я не буду объяснять причины. Я не могу говорить на эту тему. Я могу только сказать, что это не очень приятный для меня момент. С одной стороны, конечно, я получил опыт, а с другой стороны – не знаю. Посмотрим. Я знаю, что у меня будет большое и светлое будущее.

 

— Это тебе какие-то гадалки нагадали? Или внутреннее ощущение?

— Я не гадаю у гадалок. Гадать – от слова «гадина». Зачем это? Все равно все будет так, как должно быть. Правильно?

 

— Ну, в общем, да…

Часть II 
Часть III

 

 


20.01.2008
беседовала Ирина Колпакова

Биография

Роман Тертишный родился 19 августа 1981 года в Острогожске. Однако своё детство он провёл в г.Красноярск, там же учился, сначала в общеобразовательной школе №134, потом в

Подробнее...

Комментарии к новостям

Отзывы телезрителей

  • 17.10.2017 18:41
    Продолжаю с интересом читать Ваш блог. Приятно удивляюсь. Не судите себя слишком строго за ошибки молодости. У кого их не было? Как и большинство актеров Вы слишком ...

    Подробнее...

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить